– Вы хоть чаем ее напоили?
– Да, сэр. Мастер Томас был за хозяина. А потом мисс Перебрайт увезла молодого джентльмена смотреть кинокартину.
– Жаль, я с ней разминулся. Я не видел Кору Таратору тысячу лет. Как она, ничего?
– Ничего, сэр.
– А Китекэт? Он как?
– Подавлен, сэр.
– Вы путаете его с Гасси, Дживс. Это он, если помните, был подавлен.
– И мистер Перебрайт тоже.
– Что-то угнетает людей, куда ни посмотришь.
– Мы живем в трудные времена, сэр.
– Ваша правда. Давайте его сюда.
Дживс просочился прочь, а через несколько мгновений просочился обратно.
– Мистер Перебрайт, – объявил он.
Он не ошибся в оценке: с первого взгляда было заметно, что вошедший действительно находится в подавленном состоянии.
Глава 2
А надо вам заметить, что вообще-то этого человека наблюдать в таком состоянии доводится нечасто. Обычно он чирикает как огурчик. В общем и целом, можно сказать, что изо всех весельчаков-затейников в нашем клубе «Трутни» Клод Кэттермол Перебрайт, пожалуй, самый веселый и затейливый, как перед публикой, так и в частной жизни.
Я сказал «перед публикой», потому что свое еженедельное жалованье Китекэт зарабатывает на сценических подмостках. Он происходит из знаменитой театральной семьи. Отец его известен тем, что сочинил музыку к «Даме в голубом» и еще некоторым популярным постановкам, которые я, к сожалению, не видел, так как был в ту пору грудным младенцем. А мать – прославленная Элси Кэттермол, многие годы блиставшая на сценах Нью-Йорка. У него и сестра, Кора Таратора, тоже лет с шестнадцати покоряет публику прытью и… как это говорится?.. творческим задором.
Естественно поэтому, что после Оксфорда, подыскивая себе занятие, которое обеспечивало бы трехразовое питание и оставляло время для загородного крикета, он избрал актерские котурны.