Однажды он устроил с ней такую штуку: выпустил ее из дому, а вернуться домой не дал, продержав часа два в осаде на заднем дворе.

Не помню, каким путем освободилась кухарка, но после этого случая дядя проникся убеждением, что нужно наконец отучить пса от излишнего усердия и заставить его знать собачьи права и обязанности более благопристойные. Не зная, как приступить к этому делу, дядя посоветовался с одним из своих приятелей, отлично изучившим собачьи характер и повадки и умевшим обращаться с самыми упрямыми псами.

— О, бульдога нетрудно воспитать и даже перевоспитать, — ответил приятель, выслушав сетования дяди.

— Но как же приступить к этому? — осведомился дядя.

— Заприте бульдога в комнату, по возможности пустую, и останьтесь там сами, — продолжал приятель.

— Ну, а потом? — полюбопытствовал заинтересованный дядя.

— Поместите его в самой середине комнаты, опуститесь перед ним на четвереньки и старайтесь привести его в раздражение…

— Но…

— Да, именно сначала в раздражение, а затем понемногу доведите его до состояния бешенства…

— Гм… — задумчиво произнес дядя. — Ну, а дальше?

— Ну, он, разумеется, бросится на вас… — хладнокровно пояснял его приятель.

— Спасибо! — вскричал дядя. — Но ведь это…

— Это и будет самым удобным моментом, чтобы воздействовать на него в желательном смысле, — договорил его собеседник. — Он непременно будет стараться схватить вас за горло, а вы должны не допускать его до этого и успеть вовремя ударить по носу, да посильнее, так чтобы он упал.

— Хорошо, я начинаю понимать вашу мысль…

— Очень рад, мой друг… Понятно, пес тотчас же вскочит и снова набросится на вас. Но вы повторите прежний маневр. Эта игра должна продолжаться до тех пор, пока бульдог не выбьется из сил. Тогда он окажется кротким, как овечка, и вы будете иметь полную возможность внушить ему какие угодно правила поведения. Говорю это по собственному опыту, — заключил приятель.