«И когда только успела? А еще первая в мире женщина-космонавт!» - мрачно размышлял Фидельчег, ковыряя пальцем дырку, образовавшуюся в кителе на месте медальки («Пять лет без венерических болезней в боевой обстановке»). На соседнем ряду Муаммар Каддафи рисовал в блокноте унылый африканский ландшафт. На спине у ливийского лидера красовалась корявая надпись «У кого нет коня – все садитесь на меня», выполненная шкодливой рукой вождя кубинской революции в технике мелом по пиджаку.

«И причем тут Хомейни? – страдал Фидельчег, от нечего делать вырезая на подлокотнике депутатского кресла букву зю. – Он вообще не из соцлагеря, и вовсе я на него не похож. У меня и чалмы-то нет!»

С этой здравой мыслью он скосил глаза направо, туда, где Валентина Терешкова, первая в мире женщина-космонавт, непринужденно щебетала о чем-то со вторым секретарем ЦК Компартии Кубы товарищем Раульчегом штоп его Кастро. На лацкане раульского пиджака красовалась свежескоммунизденная у Фидельчега медаль.

«Ладно, сволочь. – мстительно думал Фидельчег. – Домой приедем – все припомню…»

Что касается Терешковой, на самом деле ею двигали самые светлые побуждения.

Ведь у Фидельчега было целых две звездочки, а у Раульчега ни одной. И Валентина Владимировна, как первая в мире женщина-космонавт, не могла смириться с такой несправедливостью. Тем более что в противном случае Раульчег остался бы вовсе без медалек, а Фидельчегу, наоборот, пришлось бы возить парадный мундир на тележке.

Но Фидельчег этого не знал и ужасно расстроился. Особенно когда увидал, как в перерыве между заседаниями Валентина Владимировна со словами «У кого это, интересно, ума хватило» стирает с пиджака Муаммара Каддафи высокохудожественное граффити.

«Ахтак! - подумал Фидельчег. – Ахвотвыкак!» И решил всем назло стать хорошим. Даже кнопки с кресел египетской делегации смахнул. Даже веревочки в проходах к трибуне отвязал. Даже Раульчегу подзатыльник не отвесил, а только плюнул за шиворот жеваной ириской. И остаток заседания сидел смирно, старательно конспектируя речи выступавших.