— О, да, остальное мне очень хорошо известно.

— Никогда, — торжественно сказал Акридж, — никогда в жизни я не забуду, что ты сделал для меня сегодня, дорогой друг.

— Ладно, ладно. Не пройдет и недели, как ты возложишь на меня какое-нибудь новое гнусное поручение.

— Но, старина…

— Когда состоится выступление Биллсона?

— Ровно через неделю. Надеюсь, ты не откажешься прийти посмотреть. Я боюсь, что мои нервы не выдержат. Мне хочется, чтобы в этот день рядом со мной находился добрый, отзывчивый друг.

— Непременно приду. Разреши мне угостить тебя обедом перед этим роковым выступлением.

— Да, ты истинный друг! — сказал Акридж растроганно. — А вечером, после выступления, я устрою банкет в твою честь. Ты запомнишь этот банкет на всю жизнь! У меня будет куча денег, старина, куча денег.

— Да, если Биллсон выиграет. А если он будет побит?

— Побит? Он не может быть побит! Кто его побьет? Ты говоришь нестерпимые глупости. Ведь ты сам видел его несколько дней тому назад. Неужели он показался тебе слабым и хилым?

— Нет, напротив, он необыкновенный силач! — воскликнул я.

— Еще бы. По-моему, морской воздух благотворно повлиял на него и сделал его еще сильнее. Не сомневаюсь, что он скоро станет мировым чемпионом тяжелого веса.

IV

Никогда еще мне не приходилось бывать в «Универсале». Меня удивил этот фешенебельный цирк. Какие изящные туалеты на дамах, какие безукоризненные смокинги на джентльменах! В других цирках публика держится шумно и развязно. Здесь же царит торжественная тишина, как в церкви.

Вот на арену вышел Свирепый Биллсон.

Действительно, внушительная внешность у этого морского чудовища. Мускулы его вздувались, словно корабельные канаты. Он постригся, и голова его стала щетинистой и шишковатой. Ни один благоразумный человек не полезет драться с таким страшным гигантом.