— Это толстая вот эта? — спросил Федя, даже задержавшись немного в кухне.

— Ну да, — ответил Петя и кивнул на огонь: — Жрет без меры, и серет без памяти…

— Пе-тя, — с укоризной сказала Юля, строго посмотрев на него так, как будто он заматерился в приличном обществе.

— Ну ладно-ладно, че ты, — со смирительной улыбкой посмотрел на нее Петя. — Что естественно, то не безобразно. Ты бы видела, как она тогда горох себе халявный хватала. Водитель рассказывал, она чуть в багажник к нему не залезла.

— Да она и два рейса тогда же делала, — с усмешкой добавил Федя. — Он говорил, она одна из всех его просила подождать.

— Дураки, — недовольно пшикнула в ответ Юля и смущенно отвернулась обратно к кухонному шкафу, доставая кружки.

— Юль, возьми маркер, подпиши ящик, — сказал Петя. — Напиши — баба Клава…

— Это еще зачем? — удивилась его жена, обернувшись.

— Ну посмотрим потом, кто из них больше пользы приносит, — просто ответил Петя. — У кого и на сколько хватит ящика.

— И что, победителю гороха еще привезешь, что ли? — недовольно спросила Юля, все же взяв в столе маркер и выводя на ящике печатными буквами «баба Клава».

— Посмотрим, — пожал плечами Петя. — Может, и привезу. Почему бы и нет…

— Надо себе тоже установить на плитку переходник, — сказал Федя, наконец развернувшись и выходя в прихожую.

— Да конечно, я не знаю, че ты, — громко ответил ему вслед Петя. — У нас же целая цистерна газа уже закачана. Аренда-то проплачена. Езжай да бери, сколько надо. Там же и ящики все остались и с газом тоже есть.

— Да надо-надо, — раздался из прихожей голос Феди, и слышно было, как он открыл дверь и вышел.

Петя опять посмотрел на телевизор, говоривший о неутешительной обстановке в финансовой сфере. Потом снова взял вилку и сказал, начав есть картошку:

— Все, Юль. Придется тебе тоже на работу устроиться.