Пещера была неглубокая, и солнечный свет проникал в нее почти до самого конца.

– А здесь чисто и уютно, – удивился я, пройдя по всей пещере раза два вперед и назад. – Располагайтесь, а я поищу что-нибудь на ужин.

– Мы тоже поищем, Иван Иванович, – сказала Маришка в ответ на мои слова, – в грибах и ягодах мы с Уморушкой знаем толк!

– По ягодам я профессор! – улыбнулась Уморушка. – Мигом раздобудем пропитание!

Через полчаса у входа в пещеру весело потрескивал небольшой костер, и на нем, нанизанные на деревянные шампуры, жарились грибные шашлыки. На широких листах мать-и-мачехи лежали алые ягоды лесной земляники и ждали, когда их подадут на десерт.

Утолив голод, мы загасили костер, завалили вход в пещеру двумя густыми ветками и улеглись в глубине своего временного пристанища на ложе из трав и листьев.

– Спокойной ночи, друзья мои! – пожелал я своим верным спутницам, укладываясь поудобнее. – Утро вечера мудренее! Мы обязательно спасемся и вернемся домой, хотя и не знаю пока, каким образом!

– А я знаю! – отозвалась мечтательным полусонным голосом Уморушка. – Чудесным образом мы спасемся!

Маришка грустно улыбнулась в ответ на ее слова, вздохнула и тихо сказала:

– Спи, Умор, спокойной ночи…

– Спокойной ночи…

Через минуту мы все трое уже сладко спали.

Глава третья

Увы, спокойной ночи у нас не получилось. Первой проснулась Маришка, которую под самое утро разбудили какие-то странные звуки, похожие на человеческие голоса. Разговаривали, кажется, по-английски, но спросонок Маришка ничего не разобрала и принялась тормошить меня и Уморушку.

– Иван Иванович! Уморушка! Вставайте! Здесь кто-то – есть!

Привычный уже ко всяким неожиданностям и сюрпризам, я быстро проснулся и торопливо сунул руку в карман за спичками.