— Случай, Рыжий, — сказал Марина, — ты, конечно, можешь многое. Но в мою комнату ты сможешь зайти только по моему приглашению. И второе, почему в мою комнату не вселяется третья соседка? Ты приказал?

— Я-я, — сознался Рыжий. В присутствии Марины от волнения он краснел и заикался.

— Ну, так вот, — строго сказала Марина, — чтобы завтра же была соседка. Мне одна девочка говорила, что она просила общагу, а ей не дают. Вот пускай ее к нам поселят!

— Завтра поселят, — пообещал Рыжий.

— Ты только обещаешь, — а сам даже не спросил, как ее зовут.

Рыжий посмотрел на начальника своей охраны.

— Наталья Пятоева, — доложил начальник охраны. На учете в милиции и у психиатра не состоит, хроническими заболеваниями не страдает. Мать умерла четыре года назад, отец служит в псковской дивизии ВДВ. Характеризуется положительно.

— Да вы что, все мои разговоры прослушиваете и всех с кем я знакомлюсь проверяете? — изумилась Марина.

— Так работу у нас такая, Марина Васильевна, — степенно ответил начальник охраны. — Без этого никак нельзя. Вот тут у вас вчера сумочку украли, разрешите вернуть?

— А вора вы, наверное, в бетон закатали и в Неве утопили? — спросила Марина, забирая свою сумочку, в которой хранились все ее документы.

— Бог с вами, Марина Васильевна, все преступную группу карманников задержали, судить будут. У нас все по закону. Ну а если в Неве необходимо утопить… — тут начальник охраны вопросительно посмотрел на Рыжего. Рыжий махнул рукой в сторону Марины.

— Ну, так как, Марина Васильевна? — переспросил начальник охраны.

— Можно я подскажу марку бетона, — вмешалась в беседу Вера, — она все равно в этом ничего не понимает. Помню, мы строили пункт сбора бревен, мороз был градусов 40…

— Никого не надо в Неве топить, — перебила ее Марина, — Это ужасно! Я этого не допущу!

— Слушай, Маринка, ты мне, конечно, пахан, но и безпредельничать нельзя, — обиженно сказала Вера, — Что значит «Рыжий войдет в комнату только с моего разрешения»? Это же общага, совершенно конкретно, и комната не твоя, а общака.