— Кто дежурный? — негромко спросил я, обращаясь к проходившему мимо меня матросу с подносом и повязкой «Дежурный» на рукаве.

Ноль эмоций. Мой голос утонул в звуке ста шестидесяти ложек, черпающих кашу из ста шестидесяти тарелок.

— Дежурный кто? — Я обратился ко второму проходящему матросу с повязкой.

Ноль внимания.

Меня заметил проходящий мимо капитан-лейтенант.

— Врач новый, что ли?

— Ага…

— Чего, сесть негде?

— Ну да… дали бы хоть тряпку — со стола вытереть, а то в таком свинарнике есть не в кайф. Кричу: «Кто дежурный?» Все ноль внимания…

— Не так надо…

И тут он сметает рукой на пол все, что было на столе, — тарелки, вилки, металлические кружки:

— ТВОЮ МАТЬ, КТО ДЕЖУРНЫЙ, БЛЯДЬ?

От его громоподобного голоса на долю секунды стук ложек прекратился, и на горизонте моментально нарисовались те самые дежурные моряки в повязках.

— А ну быстро доктора накормить по высшему разряду!

— Есть накормить доктора!

Через три минуты я сидел за столом, накрытом белой (!) скатертью, и уплетал вкуснейшую кашу, запивая ее божественным компотом из сухофруктов.

После обеда, когда я в своей каюте докуривал последнюю сигарету из пачки, меня вызвали к командиру. Я постучался и вошел в каюту.

— Здрасте, товарищ капитан корабля!

От волнения я тут же перепутал капитана с командиром и понял, что полностью облажался. Командиром СКР «Задорный» оказался худой, как охотничья собака, сорокалетний капраз (капитан первого ранга), с тончайшими усами а-ля Эркюль Пуаро и следами легкого алкогольного поражения печени на лице. По тому, как он посмотрел на меня, я понял, что так к нему не обращались давно.