– Только через мой труп! Они останутся там, где растут. А Дживсу – фига, если позволительно так выразиться.
Сыр пожал плечами.
– Дело твое. Если ты не против служить всеобщим пугалом…
Я насторожился еще больше.
– Ты сказал, пугалом?
– Именно.
– Ах, вот, значит, как? – парировал я, и если бы на этом месте нас не прервали, возможно, что дальнейшее объяснение между нами приняло бы более острый оборот, ведь я все еще находился под действием волшебного напитка и не склонен был терпеть дерзости. Но не успел я сказать ему, что он тупица и осел, не способный оценить красоту и своеобразие, даже если ему преподнести их на шампуре, как раздался звонок в дверь, и Дживс объявил о приходе Флоренс.
3
Мне сейчас пришло в голову, что набрасывая, если помните, в самом начале этого повествования, портрет Флоренс Крэй, я, кажется, допустил ошибку, и вы получили о ней не совсем верное представление. Узнав, что она девица образованная, пишет романы и водит дружбу с высоколобыми обитателями Блумсбери, вы, наверное, представили себе ее в виде пухлой коротышки с чернильной кляксой на подбородке, как сейчас модно у интеллигенции женского пола.
Но это очень далеко от истины. Она девушка рослая, стройная, красивая, у нее потрясающий профиль и пышные платиново-белокурые волосы, с такой внешностью вполне можно было бы претендовать на место первой звезды в гареме какого-нибудь султана из высшего класса. Я знал крепких мужчин, которых с первого взгляда сражала ее красота, а заезжие американцы почти всегда провожают ее одобрительным свистом, стоит ей выйти из дома на прогулку.
Она жизнерадостно влетела в гостиную, вся разодетая в пух и прах, но Сыр при ее появлении холодно посмотрел на часы.
– Наконец-то,- произнес он хамским тоном.- Я вас давно жду. Очевидно, вы забыли, что с дядей Джо случается родимчик, если его заставят дожидаться супа.