— Товарищ начальник... — заныл Пилипенко. — Мы бедные научные сотрудники, мы сейчас работаем над одной диссертацией...
— Ты, «научный сотрудник»! Ты мне мозги не пудри и лапшу на уши не вешай, — тихо сказал милиционер. — Я вот сейчас открою двери твоего фургона, и вся твоя «диссертация» враз с мяуканьем и лаем по городу разбежится. А я тебя еще и прав лишу, и техпаспорт отберу, мудила. Черт с тобой, гони червонец и вали отсюда на хуй, «диссертант» ёбаный...
— Нет вопросов! — бодро ответил Пилипенко, чем-то пошелестел и, наверное, отдал милиционеру десять долларов.
Милиционер удовлетворенно крякнул и интеллигентно сказал:
— Получите ваши документы, и к следующему разу прошу привести ваше транспортное средство в порядок, товарищ водитель.
Тут Пилипенко ничего не ответил, и мы снова поехали.
— Вот где надо сейчас работать, — завистливо вздохнул Васька. — А мы эту срань болотную сачком ловим...
— Погоди, погоди, Васька... — Пилипенко даже зубами скрипнул. — Будет и на нашей улице праздник. Сейчас время революционное! «Кто был ничем, тот станет всем...» Есть у меня одна мыслишка!.. А уж тогда не на этом говне, а на белом «мерседесе» ездить будем!.. Этот же ментяра, который сейчас с нас ни за что ни про что десять долларов слупил, на мотоцикле, бля, с сиреной и мигалками, бля, будет ехать и дорожку нам расчищать!..
Бродяга услышал это и презрительно ухмыльнулся.
А я подумал — все может быть... Сейчас как раз время для таких, как Пилипенко. Наглых, напористых, неглупых, не отягощенных интеллектом, а поэтому и не стесняющих себя в выборе средств для достижения цели.
Мы много раз болтали об этом с Моим Шурой. Особенно когда он где-то выпьет, придет домой и начнет передо мной извиняться, что, дескать, он мне даже приличной рыбы не может купить, что его доходов только на этот «хек мороженый» и хватает... Ну и всякие такие дурацкие излияния.
А потом — несколько многословный, но уже почти трезвый анализ всего происходящего сегодня в нашей стране. И кто в это прекрасно вписывается, а кто — вроде нас с Шурой Плоткиным — никак не может вписаться, да никогда и не впишется, хоть за бугор уезжай!..