
Я уезжаю,
Птицей усталой махну вам крылом.
Я уезжаю.
Отныне дорога — мой дом.
И небо — мой дом.
Я уезжаю…
Ну, там, короче, д'Артаньян ради карьеры у Паскаля невесту украл, потом его шпагой проткнул и веселую песню спел. Тьфу ты, «что за рыцарь без удачи»! Но один момент хороший, ничего не скажешь. Там кардинал спрашивает у этого мужика: «Он один?» Тот ему: «Нет, ваше преосвященство.»
— Двое?
— Нет, ваше преосвященство.
— Трое?
— Нет, ваше преосвященство.
— Четверо?
— Нет, ваше преосвященство.
— Пятеро?
— Нет, ваше преосвященство.
— Шестеро?
— Нет, ваше преосвященство.
— Сколько же?
— Семеро, ваше преосвященство.
Глава восьмая
Про то, как Антоныч общался с милицией
Товарищи!
Желтый облезлый «Запорожец» мчался по московским улицам в сторону ленинградского шоссе. Внутри «Запорожца» веселые митьки распевали:
В багажнике весело громыхала пятнадцатилитровая канистра пива (само собой, не пустая!) и ящик портвейна.
Вася Фтородентов сидел рядом с Серегой, прижав нос к прохладному стеклу, рассматривал проносящихся мимо прохожих и, подпевая, думал о жене. На коленях Фтородентова дремал Мирон, время от времени навостряющий уши, но не желающий просыпаться.
