— С собой что брать? — вымолвил он срывающимся голосом.

— А что было у Робинзона? — спросил Бренк. — Почти ничего. Ничего и не берите. Разве что случайно окажется в карманах.

Костя все-таки отнял у Пети трубку, но услышал лишь последние фразы.

— Значит, договорились! — говорил Бренк. — Заканчиваем разговор. Энергия связи уже на исходе. Косте привет. До завтра!

— Я здесь! — крикнул Костя, но в трубке уже что-то щелкнуло, и воцарилась полная тишина.

Повертев трубку в руках, Костя положил ее на место и обернулся к Петру за разъяснениями.

Лицо Петра Трофименко сияло, отчего даже в комнате, казалось, посветлело. Охвативший его восторг мешал подбирать слова, и Костя не сразу понял, что же все-таки произошло. А когда понял, обрадовался не меньше, чем приятель. Да и кому не хочется хоть пару недель побыть Робинзоном!

Но кое-что все-таки оставалось неясным, Костя же Костиков, человек рассудительный и обстоятельный, всегда стремился выяснить все до конца.

— А сказали, где этот остров находится? В Тихом океане — ясно, а в каком времени? В нашем или к себе в двадцать третий век заберут?

Петр добросовестно вспоминал. Нет, о временных координатах ничего сказано не было. Бренк, правда, обмолвился, что заберут «по пути»... Но куда?

— Не знаю, не понял, — честно признался Петр. — Да есть ли разница? Главное, необитаемый остров! А в каком времени жить — не все ли равно!

— Хорошо бы, — задумчиво произнес Костя, — века на два, на три назад. В наше-то время и самолеты повсюду летают, и кораблей в океане полно. Спасут нас, чего доброго, раньше времени! Робинзон, помнится, жил в семнадцатом столетии. А мне, откровенно говоря, больше по душе «Таинственный остров» Жюля Верна. Девятнадцатый век — золотое время!

И тут с замирающим сердцем Костя вдруг подумал: до чего же легко привыкли они к путешествиям во времени. Совсем недавно все было так обыкновенно — ходили в школу, делали уроки, играли в футбол... и вот пожалуйста! Запросто связываются с друзьями из двадцать третьего века! Вместе путешествуют...