Опять вызывали на допрос. Все на заводе только и говорят об ограблении. По городу ползет слух, что ночью кто-то, выходя из ресторана, видел приземлившийся на площади американский транспортный самолет с ротой морских пехотинцев и танковым дивизионом на борту. Тупицы, только и знают хлестать водку, а работать никто не хочет. В общем-то, какое мне дело до всего этого, я себя на всю жизнь обеспечил. Перед концом рабочего дня подошел Антонов и сказал, что Сергеева вчера испачкала в зеленый цвет свою новую блузку и очень этим огорчена. Зачем он мне это сообщил?..

Сегодня не спал, думал, где достать недостающие до миллиона сто тысяч, представлял, как буду отдыхать на Канарах в окружении молоденьких кинозвезд, пальм и людей в белых брюках. Под утро почему-то вспомнил о замурованной крысе. Как она там, может, давно уже лапки протянула? Да нет, говорят, они очень живучие. Интересно, что она ест? Пришел на работу не выспавшийся. Опять вызывали и говорили об ответственности за дачу ложных показаний. Я мысленно рассмеялся следователю в лицо и не сказал ни слова. Не пристало мне разговаривать с каждым встречным нищим. Скорей бы на Канары. Говорят, милиция уже проверила всю территорию завода площадью в 89 гектаров. Ну что ж, если не умеют думать головой, пускай работают руками. Ко мне пристал Антонов, спрашивал, почему я так плохо выгляжу? Попросил до завтра пятерку. Может, он что-нибудь подозревает? Вряд ли, у него в «коробочке» и серого вещества нет. Интересно, как там крыса? На выходе с завода всех обыскивали. Давайте, давайте, работайте. Чувствую себя совершенно разбитым. Ну, ничего, завтра выходной, за субботу и воскресенье отосплюсь.

Воскресенье. Страшно болит голова. В субботу утром, сняв в сберкассе все свои сбережения — сто двадцать три рубля и восемьдесят четыре копейки, и купив две пачки лотерейных билетов (я подумал, вдруг выиграю недостающие сто тысяч), отправился в самый лучший в городе ресторан.