Дели летом — настоящая духовка. От испепеляющей жары асфальт плавится, картошку выкапывают уже печеной, а люди, особенно приезжие, в любой момент могут вспыхнуть, как свечки. Взгляните на климатическую карту мира — б(льшую часть года Дели являет собой самый жаркий город планеты. В свое время британцы перенесли столицу из Калькутты в Дели не иначе как вконец одурев от жары — они ее всегда плохо выносили. Впрочем, в Калькутте климат немногим лучше. Это был именно тот случай, про который можно сказать “из огня, да в полымя”. Несколько позже, осознав совершённую ими фатальную ошибку, англичане всё-таки додумались хотя бы на жаркий сезон перетаскивать неуклюжую правительственную машину, вместе со всеми ее винтиками, колесиками и запасными частями, машинистами и обслугой, в горную Шимлу с ее более мягким климатом. Там, потягивая джин с содовой, они могли пересидеть жару.

Я прибыл в Индию четвертого июля. В США праздновали День Независимости, а в Дели, несомненно, отмечали День Невыносимости. Температура воздуха за дверьми аэропорта держалась на сорока пяти градусах по Цельсию (113 по Фаренгейту). Когда внешняя температура настолько превышает температуру тела, то, как мне кажется, в действие вступает некий термодинамический закон, заставляющий молекулы тела расширяться и распадаться. В течение нескольких секунд я из солидного сотрудника рекламной фирмы превратился в кучку полужидкой протоплазмы. Более того — метаморфозу претерпел не только мой организм, но даже и мое имя. Оглядев толпу встречающих с плакатиками — “М-р Смит, “Бритиш Лейланд””, “Герр Шмидт, “Байер”” — я углядел “М-р Чили” с именем нанявшего меня рекламного агентства. Я и в самом деле просто пылал, как чили

Плакат держал низенький коренастый индиец с огромными кустистыми усами. Он приветствовал меня, словно любимого родственника и перехватил тележку, заваленную моими сумками и чемоданами (коих было числом пятнадцать). Я спросил, как его зовут, но в ответ услыхал, вероятно, самое длинное имя в мире. Звучало оно как многосложное название хитроумного лекарства, но прочитанное задом наперед, или по-русски, или и то и другое разом. Поэтому я спросил, говорит ли он по-английски.