Император Павел I, подходя к Иорданскому подъезду Зимнего дворца, после крещенского парада, заметил белый снег на треугольной шляпе поручика.

– У вас белый плюмаж! – сказал государь.

А белый плюмаж составлял отличие бригадиров, чин которых в армии, по табелю о рангах, соответствовал статским советникам.

– По милости Божьей, Ваше Величество! – ответил находчивый поручик.

– Я никогда против Бога не иду! Поздравляю бригадиром! – сказал император и пошел во дворец.

Однажды проезжал император Павел мимо какой-то гауптвахты. Караульный офицер в чем-то ошибся.

– Под арест! – закричал император.

– Прикажите сперва смениться, а потом арестуйте, – сказал офицер.

– Кто ты? – спросил Павел.

– Подпоручик гауптвахты.

– Здравствуй, поручик.

В 1800 году, несколько исключенных из службы офицеров, сосланных на жительство в Смоленск, напившись пьяны, вынесли свои мундиры на двор и, при толпе народа, сожгли их.

Генерал-губернатором в Смоленске в то время был Михаил Михайлович Философов, человек необыкновенного ума и характера. Узнав о безрассудном поступке офицеров, он приказал арестовать их и ждал прибытия императора Павла, который в то время объезжал западные губернии.

Государь узнал об этом дорогою, прибыл в Смоленск в величайшем раздражении и отправился прямо в собор. При входе в храм, губернатор Философов стал в дверях и, расставив руки в обе стороны, не пускал государя.

– Что такое?! – воскликнул император.

– В Священном Писании, – твердо и спокойно ответил Философов, – сказано: Гневный да не входит в дом Божий.

Павел остановился, подумал и сказал:

Я не гневен, я равнодушен: прощаю всех.

– Гряди во имя Господне! – отвечал Философов, отступил в сторону и низко поклонился.