— Злой ты, — вздохнула Принцесса.

— Само Воплощенное Зло, — согласился Темный Властелин. — И кстати, а зачем вам нужно возвращение Зла? Вы же, кажется, Светлые герои?

— Да какие мы герои, — скривился Гном. — Это раньше, когда надо было с тобой воевать, нас все называли героями. А сейчас мы кто? Так, ветераны последней мировой. А к ветеранам сам знаешь, какое отношение…

— Ну и что теперь? — спросил Темный Властелин.

Герои переглянулись.

— Нам скучно, — ответил за всех Полуэльф и печально вздохнул.

— Мы хотим снова, как раньше, — подхватил Халфлинг. — Подвиги, приключения, опасности — красота!

— Два дня помахал в кузне молотом, — добавил Гном, — и чувствую — не могу больше! Как закрою глаза, так и кажется, что не молот держу, а боевой топор. И насколько же он удобнее был в ладонях!

— Минуточку, — нахмурился Темный Властелин. — О чем вы говорите? Какие еще приключения? Что за эгоизм? И это говорят герои Добра и Света! Вы о мире подумали? Что с ним, бедным, станет, если снова воцарится Зло в моем лице?

— О мире мы подумали в первую очередь, — ответил Халфлинг. — Представь себе, каково ему придется, когда мы заскучаем по-настоящему?

хромой

Дверь трактира распахнулась, и в помещение, хрипя и кашляя кровью, ввалился изможденный старик со светящимся восклицательным знаком над головой. Он издал душераздирающий стон, схватился руками за горло и упал поперек прохода, картинно разбросав конечности и не переставая кашлять. Трактирщик бросил на него равнодушный взгляд и обернулся к пестрой компании, потягивающей пиво у стойки.

— Это, кажется, к вам.

— Угу, — кивнул Полуэльф, — вижу. Заверните нам на вынос десяток красненьких бутылочек и пару окороков. Сколько всего выходит?

— Сорок восемь золотых, два серебряка и медяк.