– О нет, нет.

Праздничный кортеж проследовал к отелю «Средиземный». Горчев улыбнулся и кивнул даме в красном. Она отвернулась. Новые посетители уселись за самый большой стол.

Подошел кельнер.

– Что с вашим глазом, – спросил господин Ванек; Горчев тоже сочувственно обернулся, но, увидев результат своих трудов, гордо распорядился:

– Мне принесите пива. А вам, господин Ванек?

– Я бы занялся едой эту неделю, если уж у меня пять тысяч франков.

И с полного согласия патрона заказал изобилие съестного.

Пиво немедленно доставили. Пока Горчев пил, Ванеку подкатили ужасающее количество блюд. Приватный секретарь и новый родственник прежде всего по доброму буржуазному обычаю повязал на шею салфетку так, что концы растопырились словно эрзац-уши, а потом взглядом полководца окинул поле битвы.

– По какому случаю вы в Ницце? – осведомился Горчев.

– Понятия не имею.

– Вот и со мной та же история. Признаюсь, вы мне нравитесь. Несмотря на бедность, вы сохранили гражданское достоинство.

– Месье, – провозгласил Ванек, грустно оглядывая шикарную публику, – вы определенно не представляете, почему я так опустился.

– К сожалению, не могу вас поместить в более фешенебельном отеле.

Господин Ванек не ответил. Он съел несколько жареных гусей, два торта и потерял сознание.

– Персонал! – закричал Горчев. Подлетел кельнер, за ним секретарь отеля:

– Да? В чем дело?

– Имеются у вас так называемые «княжеские апартаменты»?

– Разумеется. Номер из двенадцати комнат.

– Прошу разместить господина Ванека в двенадцати комнатах. Когда он придет в себя, пусть следует за мной.

– Куда?

– Не имеет значения. – И Горчев удалился.

– Видите, – поучительно заметил секретарь кельнеру с подбитым глазом, – такие гости краса и гордость всемирно известного курорта, конечно, пока не вмешается какой-нибудь высокопоставленный дядя. Лучших клиентов, как правило, дядюшки помещают в дом для умалишенных.