Хвича в это время — он ведь никуда не уходил, пока я строил планы, — Хвича нагромоздил в красках историю из своей прежней горной жизни, размахивал руками, так что вывел меня из состояния задумчивости.

— Хвича, вот ты скажи, — прервал я его где-то посреди Военно-Грузинской дороги, по которой он вез контрабандный коньяк, — скажи, бывает, что у тебя нет денег?

— Бывает. Почему не бывает? — обиделся Хвича.

— И что ты тогда делаешь?

— С дочкой в карты играть.

— Нет, я подразумеваю, вообще нет денег.

— Не понял. Украдут, что ли? Кинут на бабки?

— Да нет, представь — сидишь дома, играешь в карты с дочкой, а денег не будет, никаких, ни от кого… Вот как тогда?

— Не понимаю… Брат поможет, если денег не будет. У него рядом с Москва Hugo boss есть. Линия строчит. — Хвича руками, губами и вылетевшей изо рта слюной изобразил процесс пошива элитной одежды.

— Брат всегда при деньгах. Поможет.

— А если совсем проиграешься?

— Если я проиграть здесь, то заставлю себя дома сидеть и в карты буду играть. С дочка, — уточнил Хвича.

— А когда деньги снова появятся, то тогда сюда.

— Счастливый ты, Хвича…

— Бизнес есть. Почему оказаться без денег?

— Хвича, ты чушок.

Хвича не нашелся чем возразить и почему-то начал совать мне двести долларов. Я долго не мог понять, зачем, но он настаивал.

— Пусть полежат у тебя. Поможешь мне позже, когда мне деньги нужна будет. Ну, что тебе стоит немножко подержать их в кармане.

Я взял… И сразу отсел от Хвичи задругой стол. Потому что Хвича достал. Надо ждать Клипу и все ему рассказать. О моих проблемах. Он хоть и подонок, но парень с головой. И ко всему прочему— душевный. Присоветует, где занять. Может, работать пойти? Но, с другой стороны, я отвык быть клерком. Вовремя вставать, по будильнику на работу, поздно не ложиться. Вернусь в «Нефтюг» — окочурюсь.