В 17.40 танковая колонна солнцевцев тронулась в сторону Кремля. Какой-то интеллигент пытался загородить танкам дорогу, но кто-то бросил в него огрызок яблока и убил наповал.
Би-би-си транслировала происходящее на всю Европу, а по российскому каналу показывали теннисный турнир.
Когда танки вышли к Арбатской площади, Ельцин позвонил Гельмуту Колю. "Коля, - сказал он, - тут братва, понимаешь, за горло взяла".
"Направить армию?" - спросил Коль. "Ну зачем? - сказал Ельцин. - У нас, понимаешь, и дорог нет - вы застрянете. Вы просто там у себя, в Европе, арестуйте банковские счета, понимаешь, и все!"
В 17.59 танковая колонна солнцевцев свернула на Моховую и потянулась из города. Эскадрилья Су-27 вернулась на аэродром. И в темнеющем над Москвой небе привычно зажглись красные звезды Кремля.
Сдавайтесь!
Ночью сон приснился: вызывают меня на допрос. "Вы, - спрашивают, - за кого: за демократов или за коммунистов?!" Я говорю: "Я за себя!"
Мне хоп в морду. Я даже во сне заплакал. Жена будит меня: "Ты что?" Я говорю: "Тише, делай вид, что мы не знакомы!"
А эти опять. "Ты за кого, - спрашивают, - голосовал?"
Я говорю: "Чтоб никого не обидеть, я вообще голосовать не ходил!"
В меня - пепельницей. Я дернулся, жену на пол столкнул. Она говорит: "Ты что?" Я говорю: "Беги! Я тебя прикрою!" А эти опять.
"Как вы считаете, - спрашивают, - землю надо отдать?"
Я говорю: "Я на девятом этаже живу, спросите у тех, кто пониже!"
А сам думаю: "Дурак я, что не уехал! Сейчас бы в Нью-Йорке вспоминал Россию, а теперь - наоборот!.."
А эти тут как тут! "Про что, - спрашивают, - думаешь?!" Я говорю: "Про Родину-мать... вашу!"
"Любимое дерево?" - спрашивают. Я говорю: "Полено! То есть береза!"
"Любимая песня?!" - Я говорю: "Ой, хорошо в стране советской жить!.."