Слежку он заметил не сразу. Позже решил, что за ним следят люди Янека. Поляк, пересмотревший все фильмы про Джеймса Бонда по 15 раз, был помешан на конспирации и шпионских штучках. При подъезде к условленному месту необходимо было два раза моргнуть фарами и при встрече предъявить «пароль» — порванный календарик за 1991 год.

«Спасибо, не порванный презерватив за 1991 год» — подумал Вадим.

Поляки предъявили свой «пароль» — крышку от бутылки лимонада с проколом в середине. Вадим понял, что мысль о презервативе в таких условиях не такая уж бредовая.

Когда с фур аккуратно сняли пломбы и начали искать помеченные ящики, в которых находилась икра, они услышали громкий приказ:

— Всем оставаться на местах! Криминальная полиция!

Зная нравы польской полиции, местные жители послушно легли на землю лицом вниз, но Вадим попробовал проявить строптивость. Что–то сказав про права человека, он потребовал российского консула, но сильный удар по почкам эффективно снизил его правозащитный задор. Полицейские вежливо осведомились, не хочет ли он пообщаться с уполномоченными Красного Креста. Иванович, кривясь от боли, сказал что общения с консулом ему хватило.

Полицейские с гордым видом принялись потрошить ящики. Вадим лежал на земле в наручниках и думал, дают ли в польских тюрьмах бананы на обед. Вскоре энтузиазм полицейских пошел на спад. Они вскрыли уже половину ящиков, но долгожданной контрабанды в них не было. Иваныч ничего не понимал, ведь по его расчетам полицейские уже должны были обнаружить меченые ящики.

Когда осмотр закончился, проверяющие почувствовали себя скверно. В фурах не было ни одной банки икры. Они подняли с земли поляков и Вадима, поставили на колени и спросили:

— Что вы здесь делали ночью?

К Вадику вернулась врожденная наглость.

— Это новые поклонники наших актеров. Они попросили журналы, чтобы раздавать их детям. Мы всегда идем навстречу почитателям.