— Тогда считай, что это христианин, который превратился в свинью.

— Все равно не могу, — пробормотал Тысячемух.

— Как?! Ты же сам сказал, что тебе убить христианина легче легкого!

— Да, но только врагов. В сражениях и на дуэлях я их сотнями на тот свет отправлял. Но для этого я должен рассвирепеть.

— Возьми и рассвирепей. Вспомни, что Початок был солдатом вражеской армии.

Тысячемух попытался, но ничего у него не получилось. Посовещавшись, друзья решили выбросить свинью в окно, тогда она сама о землю насмерть разобьется. Они подтащили свинью к окошку кельи, просунули в него свинячью голову, но вот тело почему-то упиралось. С великим трудом им удалось выбросить упрямое животное из окна в огород. Оно с криком упало на землю и превратилось в монаха. Не успел бедный монах подняться с земли, как к нему подбежали Тысячемух и Недород.

— Ты что делаешь? Опять человеком притворяешься. Ах ты свинья такая! — завопил Недород.

— Я Початок.

— Долго будешь нас дурачить? Превращайся в свинью, да поживее!

Они кричали, толкали Початка в спину, молотили кулаками по голове, но тот отчаянно упирался. И вдруг вырвался и пустился бежать. Это он увидел в воротах монастыря трех монахов, которых они раздели на дороге. Монахи узнали грабителей, закричали: «Держите воров!» — и бросились их ловить. А за ними и другие монахи. Тут уж и Тысячемуху с Недородом стало не до свиньи — как бы самим ноги унести.

Они взбежали по лестнице, вылезли в окно и взобрались на крышу. Сутаны мешали им, цепляясь за острые выступы, черепица колыхалась и крошилась. Но страх придал друзьям храбрости. Они прыгнули прямо с крыши на высокое, могучее дерево, которое росло у монастырской стены. Уцепились за ветки, влезли на стену. Новый прыжок — и вот уже они удирают к лесу и скрываются в чаще. Монахи бросились звонить в колокола, и оглушительный набатный звон казался беглецам барабанным боем перед казнью.