Гномы одобрительно загудели.
– Когда эти два обсоса плот сколотили, я их порезать хотел, честное слово. У меня ведь тогда уже был готов план. В смысле, большого корабля, настоящего судна.
Гномы загудели громче.
– Если завтра начнём строить, через неделю поплывём за травой!
И, под оглушительные крики «ура!», Студент поднял над головой огромную модель косяка, похожую на обгоревший с одного конца рулон ватмана.
Глава четвёртая
БОЦМАН ГОВОРИТ ПРОЩАЛЬНУЮ РЕЧЬ, «УТЮГ» ОТЧАЛИВАЕТ
Вскоре на специально расчищенном участке берега Мутной реки начались работы. Именно на этом месте, в зарослях тростника, Карлуша и Чек прятали свой скарб. Теперь здесь, поднятая на опорах, красовалась удивительная конструкция из ДСП. Вкривь и вкось, но зато крепко и надёжно сколоченный корпус судна, обтянутый снизу и сверху коричневым дерматином, будто бы сам просился в воду, навстречу солёным ветрам и бескрайним океанским просторам…
За надёжность и несравненные ходовые качества Студент предложил назвать судно «Утюгом». А самого Студента гномы теперь уже называли не Студентом, а Боцманом. И правильно делали, потому что в академии Боцман проучился ровно неделю, а зону топтал периодически с малолетства. Там и в авторитеты вышел.
– Что, теперь выходит – одних прогоняем, а других пускаем?.. – ворчал слонявшийся без дела Карлуша. – Будто другого места не могли выбрать.
– Им просто завидно стало, – вторил ему Чек. – Мы бы давно уже за во-от такими косяками путешествовали.
– Путешествовали бы вы, – услышал их рассуждения Боцман, – с рыбами по дну.
И все засмеялись. И смеялись так долго, до самого вечера. А некоторых потом увозили на «скорой помощи».