ДЖЕЙМС БОНД И ИСААК БАБЕЛЬ

Когда Всемирный клуб одесситов озвучил идею установить в Городе памятник Исааку Бабелю, я тут же выдвинул встречное предложение: возвести в Одессе монумент Джеймсу Бонду. На поверхности этого предложения лежал сугубо экономический фактор: в отличие от Бабеля, имя Джеймса Бонда не то, что ныне, но и через десятилетия будет широко известно во всем мире. При надлежащем подходе к делу, памятник Бонду может превратиться в стабильную статью дохода Одессы.

Да и зачем нарушать традиции? В Одессе по сию пору нет ни единого памятника в честь хоть одного из десятков родившихся в ней людей искусства, принесших Городу мировую славу. Зато здесь с нездешней скоростью устанавливаются монументы в честь очередных деятелей, не имевших к Одессе никакого отношения. Например, памятник австро-венгерскому писателю Ивану Франко, не прожившему в Одессе и одного дня. Возможных упреков в свой адрес со стороны национально озабоченных не приму: ведь побывавшего в Одессе Марка Твена все именуют американским, но никак не еврейским писателем, а Генрих Гейне, Стефан Цвейг и Марсель Пруст являются классиками исключительно немецкой, австрийской и французской литературы.