Вдобавок ко всем делам, в отличие от иных родившихся в Городе литераторов, неведомый, но уже великий Бабель был насмерть репрессирован крепко любимой одесситами во все места советской властью и поэтому стал для них главнее всех писателей мира, вместе взятых.
До Бабеля его функции в еврейской среде Одессы исполнял Шолом-Алейхем. Но для прекрасно образованных и ассимилированных евреев Одессы местечковый мир Шолом-Алейхема уже был всего лишь чуть меньшей экзотикой, нежели жизнь какого-то африканского племени. А потому крохотный томик «Одесских рассказов» Бабеля выбил не только из книжных полок собрание сочинений Шолом-Алейхема.
Если бы Бабель не написал пару рассказов за Беню Крика, сегодня о нем бы помнили так же хорошо, как о Пильняке, Серафимовиче и других замечательных писателях первой половины двадцатого века. Произведения Бабеля экранизировались неоднократно. И все экранизации были посвящены исключительно все тому же Бене Крику. Произошло то, что случилось: не без помощи Паустовского Беня Крик взял за руку своего создателя и не просто протащил его в бессмертие, но и взгромоздил на пьедестал с надписью «Король одесской литературы».
«Есть люди, без которых невозможно представить себе настоящую литературную жизнь… Таким писателем был Гехт», — написал Паустовский в «Книге скитаний». В год выхода «Времени больших ожиданий» столь же известный тогда в Городе, как и Исаак Бабель, писатель Семен Гехт еще здравствовал. Он переехал в Москву в одно время с другими одесскими литераторами, опубликовал куда больше и толще книг, нежели Бабель, затем был репрессирован, правда, не наповал, ну и многие ли, даже в родном городе Гехта, знают не то, что о его творчестве, а за сам факт существования такого писателя?
Существует такое понятие «одесский миф». Литературовед Алена Яворская считает, что он создавался трижды: «…в начале девятнадцатого века миф о городе творился приезжающими сюда литераторами, в начале двадцатого века — уехавшими отсюда. А теперь он создается здесь, прямо в центре города, на тихих старых улочках». Один из наиболее известных мифов Города, по сию пору принимаемый почти всеми за чистую монету, создал Константин Паустовский.