Сидит он в омуте на самой большой глубине и смотрит - нет ли кого, чтобы схватить. Всем известно, что не так давно какой-то прохожий парнишка решил было искупаться в этом месте. Он разделся и - бултых в воду и ну плавать. А сом только этого и ждал - подкрался да как хватанет за ногу! И начисто откусил. Будто у парнишки и не было ноги. А гусей или уток, то тут и стар и мал знает, что если птица побывала на реке и не вернулась домой, значит, попала на закуску сому. Потому-то сюда и не пускают детей. И взрослые тоже почти не ходят. Им тоже нельзя здесь купаться.

- Никакого сома нету, - хмуро возразил Сергей.

Таня даже растерялась: ну как это нет, если об этом говорила бабушка Фрося! И мама тоже.

Сергей в спор не вступал.

- А ты откуда знаешь, что нету? Сам выдумал?

- Папа сказал.

- Папа?! - удивилась Таня. Такой ответ был совсем неожиданным. Если папа, то... Таня сама верила каждому слову своего отца и привыкла считать, что уж если папа сказал, то тут - чистая правда. - А что он сказал?

Сергей рассказал, что его отец собирается сегодня купаться у обрыва и что это нисколько не страшно тому, кто сильный и хорошо плавает.

- А ты умеешь плавать?

- Еще как!

- А... а искупаться здесь не боишься? - Таня кивком головы указала на омут.

Сергей хотел было сказать, что боится, но не сказал.

- И ничего тут нет страшного.

- Тогда искупайся. Ага, ага, боишься? Ну, искупайся. Бояка! Ах ты Сережка-хвастежка!

- Я не хвастаю, - угрюмо ответил Сергей.

- Ну, прыгни. И искупайся. Вот и не прыгнешь.

...Не знала тогда Таня, что пройдет несколько лет и на этом же самом месте она будет хватать Сергея за руки и со слезами уговаривать не бросаться в омут...

- А мне папа не велит, - наконец-то нашелся Сергей. И прихвастнул: А то бы я сразу...

Они постояли какое-то мгновение молча, словно соображая, о чем же еще говорить. Сергей, набычившись, смотрел себе под ноги, а Таня на него.