Въ рекламахъ объ этомъ «новомъ открытіи» (объ эмалевыхъ краскахъ) говорится, что имъ могутъ пользоваться и совсѣмъ маленькія дѣти. Расширимъ вышеописанную картину и представимъ себѣ, что ребятишкамъ дано разрѣшеніе покрыть эмалью все, что нашли нужнымъ собрать въ домъ необходимость или тщеславіе владѣльцевъ. И вотъ, одинъ изъ ребятищекъ раскрашиваетъ въ «молочную синеву» вилку для поджариванья хлѣбныхъ ломтей; другой придаетъ эстетическую цѣнность голландской печкѣ, наводя на нее новый оттѣнокъ зелени въ «стилѣ модернъ», а самый маленькій карапузикъ накладываетъ «старое золото» на приспособленіе для сниманія сапогъ, а дѣвочки наводятъ новый румянецъ на волосы своихъ куколъ, а новую чернь — на ихъ круглыя щеки. Старшая изъ нихъ съ глубокомысленнымъ видомъ разрисовываетъ одинъ изъ подоконниковъ въ краску «легкаго смущенія на персиковой щечкѣ дѣвичьяго лица».
При такихъ условіяхъ воображаемое семейство очень быстро должно войти въ число самыхъ ярыхъ враговъ эмалевыхъ красокъ, потому что онѣ сдѣлаются разрушительницей мира, прежде царившаго въ этой семьѣ. Эмалевыя краски отличаются противнымъ, холоднымъ стекляннымъ блескомъ. Ихъ повсемѣстное присутствіе начнетъ въ первую голову раздражать отца семейства, который не будетъ знать, куда дѣваться отъ этой «глазастой липкой гадости», и съ досады станетъ выражать своей многолѣтней вѣрной подругѣ жизни «удивіеніе» по поводу того, что она не заставила дѣтей выкрасить этой «мерзостью» другъ друга и самое ее — мать. Послѣдняя въ свою очередь, напомнитъ ему, что она своевременно предостерегала его противъ излишняго увлеченія этой рыночной новинкою, и что если бы не онъ, то ужъ, навѣрное, не были бы испорчены этой «пестрой мазнею» хоть потолки и стѣны въ домѣ.