Так продолжалась моя первая прогулка по Москве, по городу, в котором я вырос и который теперь, сквозь гущу прошедших лет, медленно всплывал в памяти. Самодовольно чистая и нарядная, Москва сверкала новизной отстроенных церквей, пестрела рекламой и исступлённо коптила воздух. По улицам с преступной скоростью проносились “Тойоты”, “Нисаны” и “Мерседесы”. Частное предпринимательство страстно завлекало покупателя в свои капиталистические объятия. Тоскующему по отпуску москвичу предлагали райский отдых агентства путешествий с заманчивыми названиями:

Вообще, загран-туристский бизнес в России процветает. Но, как мне объяснили, российский гражданин не может просто так, через интернет, купитьсебе билет на самолёт или, скажем, круиз по Карибскому морю, как это делаем мы. Он должен обращаться в агентство и выбирать себе райский отпуск из предлагаемого ими меню. Не иначе, как Санрайз Тур, Супер Нова и прочие тур-агентства столковались с чиновниками российского федерального правительства за умеренный ОТКАТ, как там принято называть взятку.

Где-то в районе Арбата мне на глаза попалась такая реклама:

Сначала я подумал, что это — одежда и обувь для детей, поющих в хоре, и что, купив эту одежду, дети начнут дружно петь дискантом. Но потом до меня дошло, что, скорее всего, имеется в виду discount, то есть скидка. Автор рекламы, очевидно, не знал, что это английское слово произносится ”дискаунт”, а не “дисконт”. Впрочем, какая разница? Народу всё равно, что как произносится, а загадочный дисконт звучит куда заманчивее унылой скидки. Лишь в одном месте, в витрине дорогого магазина, который отличался то ли патологической честностью, то ли высокомерием, это слово употреблялось по-русски и со всей прямотой: