– Девушка! – подал голос везунчик. – Садитесь на мое место!

– Вот спасибо! – обрадовалась толстуха, которую с таким же успехом можно было назвать балериной, и, потеснив Нелю, пробралась на освободившееся сиденье.

Теперь рядом с Захаровой пристроился везунчик, сжимающий в руке розы. Неля расстроилась. Вот так в ее жизни всегда! Кому-то – все, ей – ничего хорошего. Брюнет – а везунчик оказался привлекательным брюнетом – хотел что-то сказать, но, услышав перезвон, изловчился и полез за мобильным телефоном.

– Да, мама, скоро, мама! Еду! – Парень старался перекричать дорожный шум.

– Не кричите мне в ухо! – заявила Захарова. – Это по меньшей мере неприлично в общественном транспорте. – Она фыркнула и отвернулась. Какая блуждающая улыбка на одухотворенном лице в таких нечеловеческих условиях?! Какой кокетливый взгляд?!

Парень натянуто улыбнулся и предложил подержать Нелин торт. Подвыпивший мужичок тут же подхватил идею и предложил подержать саму Нелю; благодарная толстуха заорала, какая они с брюнетом чудесная пара, и народ заинтересованно уставился на них. Обсуждение прервал водитель – он обернулся и меркантильно напомнил про оплату проезда. Неля полезла в карман куртки, но не справилась на повороте с управлением собственным телом и упала на брюнета, помяв его цветы. Брюнет, стараясь удержать девушку, уронил ее торт…

Ничего худшего представить было невозможно! Неля высказала ему все, что думала в этот неприятный для нее момент. Они, переругиваясь, проехали несколько кварталов, после чего надулись друг на друга и замолчали.

Они вышли на одной остановке, и оказалось, что они идут не только в одном направлении, но в один дом, в один и тот же подъезд. Неля прибавила шагу и первой забежала в лифт, демонстративно закрыв двери перед носом у брюнета. Довольная собой и тем, что от скособоченного торта хоть что-то осталось, она вышла из лифта к дверям своей квартиры.