Артемис сидел в кожаном кресле, перед Беккетом и Майлсом. Его мать лежала в кровати с легкой простудой, отец был с врачом в ее комнате, а он, держа в руке книгу, развлекал близнецов. Разве есть лучшее развлечение для детей, чем уроки?

На нем была небрежно одетая небесно-голубая шелковая рубашка, легкие светло - серые шерстяные брюки и мокасины от Гуччи. Темные волосы были зачесаны назад, и он пытался улыбаться, обращаясь к детям.

- Артемису нужно в туалет? - спросил Беккет, сидя на корточках посреди тунисского ковра. На нем был только испачканный травой жилет, который он пытался натянуть на колени.

- Нет, Беккет, - сказал Артемис. - Мне просто трудно выглядеть веселым. А на тебе одет подгузник?

- Подгузник, - фыркнул Майлс, который научился в возрасте четырнадцати месяцев строить лесенку из энциклопедий, чтобы достать до унитаза.

- Нет подгузника, - надулся Бекетт, хлопая по все еще жужжащей мухе, застрявшей в завитках его липких светлых волос. - Бекетт ненавидит подгузник.

Артемис сомневался, что няня забыла одеть на Беккета подгузник, и задумался над вопросом, где этот подгузник находится сейчас.

- Очень хорошо, Беккет, - продолжал Артемис. - Давай пока отложим тему подгузника, и перейдем к сегодняшнему уроку.

- Шоколад на полках, - сказал Бекетт, подняв палец, показывая воображаемый шоколад

- Да, хорошо. На полках может лежать шоколад.

- И кофе экспрессо, - добавил Бекетт, у которого были странные вкусы, например кофе экспрессо и патока. В одной и той же чашке...

Однажды он съел несколько ложек этой смеси, пока ее не забрали у него. Малыш не спал двадцать восемь часов.

- Мы будем изучать новые слова, Артемис? - спросил Майлс, который хотел поскорей вернутся к банке с плесенью в его спальне. - Я вместе с Профессором Приматом провожу эксперименты.