Все рыбацкие посудины были похожи одна на другую: двигатель на корме, низкая рубка на носу, удобства минимальные или отсутствуют вообще.
Вывеска извещала: «РЫБНАЯ ЛОВЛЯ».
Именно этим ремеслом и веяло от всего этого места: повсюду мотки лески, развешанные для просушки сети, песок усыпан вскрытыми панцирями крабов и рыбьими скелетами. Низко в небе кружило несколько чаек, высматривающих, где бы урвать кусок свежей рыбы или хлеба, но остальные птицы сидели на парапете пристани, неподвижные, словно стервятники.
Войдя в лачугу, Сэм застал внутри старого моряка с выцветшими глазами и лицом, похожим на сморщенный чернослив.
— Добрый день, — поздоровался Сэм.
Ответом ему был лишь тупой взгляд.
— Я бы хотел нанять лодку, — помолчав, продолжил Сэм.
— Вы одеты не для рыбалки.
— Я и не собираюсь ловить рыбу.
— Просто хотите покататься? Полюбоваться здешними местами?
— Нет, сэр. Я хочу подняться вверх по реке до города, который называется Фивы.
— Фивы. Туда не ходит никто, кроме тюремного судна раз в неделю.
— Оно возьмет меня на борт? Я могу заплатить.
— Маловероятно. Тамошние ребята относятся к чужакам холодно. У них там все очень строго. А что у вас за дело в Фивах?
— Это конфиденциально.
— Не хотите говорить, да?
— Слушайте, я никому ничего не должен отвечать, правильно? Просто помогите мне найти лодку, которая отвезет меня вверх по реке. Это ведь ваша работа, так? Вы здесь хозяин? Вижу, у вас в Миссисипи принято вместо дела валяться на солнцепеке.