– Он является сюда с карманами, набитыми статьями вроде «Старинные монастырские школы», «Некоторые неизвестные места из Тацита» и так далее, а у меня не хватает смелости отказать ему. И все это я должен печатать в журнале для легкого чтения!

– Нужно быть более твердым, Сиппи. Побольше смелости, старина!

– В его присутствии я становлюсь хуже жеваной промокательной бумаги. Ничего не поделаешь, Берти! Если же я буду печатать его статьи, то меня прогонят.

– Как же быть?

– Дело скверно.

– Нужно посоветоваться с Дживсом.

– Дживс, – сказал я, вернувшись домой, – дело плохо.

– Сэр?

– Встряхните своими мозгами. Я надеюсь на вашу сообразительность. Вы слышали о мисс Гвендолен Мун?

– Поэтесса, написавшая «Осенние листья», «Это было в июне» и другие поэмы. Слышал, сэр.

– Черт возьми, вы знаете все на свете, Дживс!

– Благодарю вас, сэр.

– Итак, мистер Сипперлей влюбился в мисс Мун.

– Да, сэр.

– Но боится ей признаться.

– Бывает, сэр.

– Считает себя недостойным ее.

– Совершенно верно, сэр.

– Так. Но это еще не все. Слушайте дальше. Мистер Сипперлей, как вам известно, редактор журнала для легкого чтения. И вот бывший его школьный инспектор заваливает его статьями, ничего общего с легким чтением не имеющими. Понятно?

– Более или менее, сэр.

– И несчастный Сиппи печатает его дребедень, не имея сил послать его к чертям. В общем, создается… Ну, как бы это сказать, Дживс?

– Сложное положение, сэр?

– Именно, сложное. У меня с тетей Агатой тоже сложное положение. Вы знаете меня, Дживс, для друга я готов на все!

– Да, сэр.

– Я тоже становлюсь труслив, как кролик, перед Агатой. Так же и старый Сиппи. Он не может объясниться с мисс Мун и прогнать своего старого школьного инспектора с его статьями. Ну-с, что вы думаете, Дживс?

– Боюсь, что в данную минуту я еще не могу предложить вам достаточно продуманного плана, сэр.