Может, его папа тоже по вечерам на кухне стонет: «О-ой, надоел мне этот Воеводов со своими Государственными Постановлениями! У меня дырку в трубе заткнуть нечем, а он хочет, чтоб я там ещё награждал кого-то за какое-то там непонятное энергосбережение! И дочка у него хулиганка, контурные карты по истории не заполнила, а собака у него без намордника». Воеводов — это у Светиного папы, ну, и всей семьи, разумеется, такая фамилия была. Света даже иногда думала, какая же это специальная фамилия у папы, что он начальник — и Воеводов. А теперь она думала, что он ещё и воюет с водой. С той, которая без пользы вытекает, конечно.

Тут Костика Игорь Рудольфович послал воды принести. Он ушёл и не возвращается. Света решилась и следом пошла. Как будто руки помыть. Но когда она увидала, что Костик делает, то сразу всё от возмущения перезабыла. Потому что стояло в большой раковине ведёрко и вода через край лилась, а Костик преспокойно себе сидел на полу и ботинки перешнуровывал.

— Ты что воду не экономишь! — почти закричала она и скорей кран закрутила. — Да из-за таких, как ты, целый пруд воды ежедневно утекает! Филимонов разнесчастный! Что ты на меня так смотришь, будто я тебе Америку открыла?

Костик заулыбался.

— А я всё думал, та ты Воеводова или не та? У которой папа в ЦУЭ? Какая грозная! Я только на минуточку и присел. Подумаешь, полстакана воды вытекло.

— А если бы ты был в пустыне? — сердито спросила она.

— Ну так я ж не в пустыне, — он пожал плечами.

— Зато кто-то другой в пустыне! А пустыня отчего, думаешь, получается? Сама собой?

Костик задумался.

— Пустыня — это просто зона такая климатическая. Она ни от чего не получается, она всегда была. Там экватор и жарко, вот оттого и пустыня.