– Я не вру! Я сам видел! – раздался рядом звонкий детский голосок. – Дядь! – потеребил сивоусого обладатель звонкого голоска. – Они не верят. Дядь, улыбнись! Ну, пожалуйста, дядь…

Сивоусый оскалился. Зубы у него были аккуратно выбиты через один, что создавало ощущение фирменного знака «шашечки».

– Видал? – обрадовался ребенок и повернулся к другому. – А ты не верил! Щелбан тебе.

Под знаменем с Георгием Победоносцем, поражающим змея, и транспарантом «Спасай Россию!» сидел средних лет мужик с тревожным лицом. Позади мужика стояла пара молодцев в военизированной форме; перед мужиком сидели ходоки от таксистов.

– Это армяне были, – говорил один.

– Точно, армяне! – соглашался другой.

– А может, наоборот, азербайджанцы, – сказал третий.

– Хотя, может, и грузины, – сказал первый.

– У осетин тоже носы, – поделился наблюдениями второй.

– Это один хрен, – наставительно пресек диспут мужик под знаменем. – Кавказ?..

– Кавказ, Кавказ! – подтвердили таксисты.

– Кепки, рынок, акцент?

– Точно, – согласились таксисты.

– Что же это с Россией-то делают, а?

– Что? – встревожились таксисты.

– Это ведь геноцид, – сообщил мужик под знаменем.

– Чего? – не поняли таксисты.

– Темен еще народ, – пожаловался мужик военизированным под знаменем.

– Уничтожить хотят русских людей, – хмуро пояснил один из военизированных.

– Точно, хотят, – согласился таксист. – Гарифуллину чуть глаз шампуром не выткнули.

– При чем тут Гарифуллин! – крикнул мужик. – Русь в опасности! Кавказцы, чучмеки всякие, сионисты… Евреев там не было ли? – спохватился он.

– Вроде нет, – переглянулись таксисты. – Хотя, – вспомнил один, – одного вроде Давидом звали. Он еще старуху какую-то трахнуть хотел.

Это стало последней каплей.