Меньшевики, буржуазия, крестьяне, здоровая часть пролетариата и другие очень переживали по этому поводу. Большевики же, наоборот, радовались, потому что это и без того увеличивало сильную гнилость царского режима. Но царь тоже был не дурак и заключил мир с японцами: отдал им Порт-Артур, половину Сахалина, но зато укрепил силу, хотя и гнилую, своего режима. Это большевиков дико расстроило. Пришлось убеждать несознательных браться за оружие.

А тут как раз начали бастовать рабочие и требовать увеличения зарплаты, 8-часового рабочего дня, путевок в санатории и дома отдыха. Большевики же всякий раз вписывали и свои просьбы: свержение власти, отнятие земли у помещиков, заводов у капиталистов, денег у богатых. Властям это не очень нравилось.

В те дни на броненосце, по мнению некоторых историков, матросы любили играть в карты, и кто-то однажды слямзил червовую семерку. Стали искать, и один из них вытащил из ведра со щами. Черви в щах и стали причиной восстания. Матросы начали вешать офицеров и, возможно, все было бы хорошо, но большевиков было маловато, а меньшевиков – многовато. Поэтому другие корабли эти убийства не одобрили. Но большевики не унывали. А пока решили пострелять, построили в Москве баррикады и начали восстание. Но сволочи меньшевики опять все провалили. А Плеханов вдобавок еще и втянул Ленина в дискуссию. Смысл этой дискуссии по поводу восстания 1905 года спустя много лет ярко выразил доцент кафедры марксизма-ленинизма Харьковского университета Соломон Евдокимович Вейсман-Махно, который сказал студентам: «И тогда Плеханов Ленину выговаривает: «Не надо било взацца за оружие!..» А Ленин ему в ответ: «А не надо било спратацца у в кусты!» Таким образом, от разгрома декабрьского восстания большевики получили огромную пользу и сделали выводы.