Короче говоря, счастливая звезда цивилизации в окружении всех своих спутников —бессонницы, несварения желудка, гипертонии, порока сердца, лицемерия, лжи,подлости, алкоголя, азартных игр, курения и т.д, и т. п. — взошла на небосклоненовой Атлантиды.

Багряный цвет превратился в шафрановый, а радость — в печаль. Беззаботность,веселье, хорошее настроение исчезли,— их место заняли заботы, тревоги и страхи.Заразная болезнь — меланхолия — охватила молодёжь, а злой духнедоброжелательства дал им в руки оружие самоубийства, которым воспользовалисьдвое самых сильных и здоровых юношей.

Женщины, ранее сильные и цветущие, стали всячески уклоняться от радостейматеринства.

Расстроенный всей этой страшной картиной, я однажды, набравшись храбрости, безстука вошёл в новооборудованную лабораторию профессора, занимавшегося изучениемкаких-то камней, растений и насекомых, собранных на острове.

— Господин профессор,— сказал я,— положение жителей острова весьма плачевно. Неисключена возможность, что вскоре на нем останемся в живых только мы с вами. Изгуманных соображений мы должны что-нибудь предпринять для спасения этих людей.

Профессор переменил очки и бросил на меня быстрый взгляд, напоминающий (не вобиду ему будь сказано) взгляд верблюда на подкову.

— То, что так расстраивает вас,— сказал профессор,— меня, наоборот, очень иочень радует. Выражая вам благодарность за гуманные и благородные чувства,вместе с тем не могу не заметить, что вы должны так же, как и я, радоватьсяпрогрессу, достигнутому наукой. Дело в том, что вот уже несколько лет яобдумываю правильность открытого Дарвином закона о наследственности. По этому