- Я должна признаться тебе кое в чем. Я давно должна была это сделать, но боялась.

- Боялась?

- Да. Что вы прогоните меня, узнав, что всё это время я лгала вам.

Несмешной Клоун молчал, и ей пришлось продолжить.

- Видишь ли, - с трудом выдавила из себя она. - Я больше не хожу на городскую площадь, чтобы искать мужчин и ублажать их.

- Нет?

- Вместо этого я даю уроки катания на коньках детям.

- Почему же ты не хотела нам об этом сообщить?

- Потому что я могла бы зарабатывать гораздо больше, занимаясь проституцией. Я эгоистка, и думаю лишь о собственной выгоде тогда, как мы нуждаемся в пропитании и одежде. Вот оно, настоящее падение!

Она закрыла лицо руками, пряча слёзы.

- Понимаю тебя, - промолвил клоун. - Но мне кажется, ты слишком строга к себе.

Они вместе вернулись к берегу и сели на скамейку, чтобы немного прийти в себя и успокоиться. Когда это произошло, клоун посмотрел на женщину весёлым взглядом.

- Тогда получается, что твоя история про мужа — тоже вымысел, - произнёс он.

- Нет, - покачала головой женщина. - Она правдива от начала и до конца.

- И ты все ещё его любишь?

- Да. Больше всего на свете.

- Вернись к нему. Он простит.

Падшая Женщина тяжело вздохнула.

- Нет. Я выбрала для себя другую судьбу.

- Но это глупо! Судьбу можно изменить. Она не бесформенный камень, валяющийся на дороге, который нельзя обойти. Она пластична, как глина. Податлива, как тесто.

- Мне хорошо с вами, чего мне ещё желать?

Клоун всплеснул руками. Как-то даже слишком театрально.

- Разве уют домашнего очага не привлекает тебя более, чем кучка безвестных оборванцев, ведущих странный образ жизни?

- Ты пытаешься меня напугать тем, что мне дорого и мило. Не получится.

Она игриво погрозила ему пальцем, сводя к шутке их разговор. Ведь если серьёзно обсуждать подобные темы, то можно и помешаться рассудком.