— Кстати, — сказал Председатель в заключение — прежде, чем закончить, я хотел бы сделать еще одно сообщение. Наш однокашник, Б.В. Лаулер, на следующей неделе баллотируется в Парламент от Редбриджа. Если кто-нибудь из вас захочет приехать и протянуть ему руку помощи, я знаю, он будет очень рад.

Он сел, и тостмейстер с луженой глоткой хрипло возгласил: «Милорд, мистер Председатель, господа, прошу внимания, ибо мистер Г.К. Ходжер хочет предложить тост за наших гостей». Г.К. Ходжер поднялся с целеустремленным видом, ясно говорившим, что слова предыдущего оратора напомнили ему анекдот о двух ирландцах; вся наша сытая и разомлевшая компания устроилась поудобнее, и благосклонно приготовилась слушать. Все, но не Юкрич. Он взволнованно уставился на своего старого друга — Лаулера. Ровесников на таких обедах сажали рядом, и будущий член Парламента от Редбриджа оказался с нами за одним столом.

— Лаулер-Носяулер! — гаркнул Юкрич. — Это правда?.

Изящный, но несколько выдающийся нос Б.В. Лаулера побудил его маленьких друзей наделить этим ласковым прозвищем будущего члена Парламента. С возрастом эта часть лица отнюдь не сделалась меньше, но мне бы и в голову не пришло так его назвать — ибо, хоть мы и были ровесниками, за прошедшие годы он стал чрезвычайно представительным и важным. Но Юкрич был выше таких условностей. Спьяну он так громко произнес это обидное слово, что Х.К. Ходжер споткнулся на очередном «побей бог», и потерял нить повествования.

— Тсс! — сказал Председатель, бросая в нашу сторону грозные взгляды.

— Тсс! — сказал Б.В. Лаулер, и его правильные черты исказились недовольной гримасой.

— Хорошо, но это правда? — настаивал Юкрич.

— Конечно, правда, — прошептал Лаулер — будь потише!