Кира Леонидовна тоже была довольной. И она явно хотела…

Ну, ничего, в последний день им настроение немного подпортили. Кто? Цезарь.

Отлежался наш тиран, зарастил раны и решил, видать, что лучше уж погибнуть стоя, чем жить на подачках. Тоже сволочь! Прибил он Бута. Вцепился в глотку и не отпустил, пока тот не испустил дух. Сам тоже пострадал: пока рвал Бута, Троцкий, Рэм и Мак рвали его. Но когда он, израненный и окровавленный, встал над мёртвым противником, остальные испуганно отпрянули. Смерть — сильный аргумент. Особенно — от своего соплеменника. Особенно, когда это впервые за миллионы лет. Цезарь тоже совершил небывалое. И тоже стал Богом.

Не знаю я, что с ними стало дальше. Дальше, как вы помните, в стране много чего началось.

Мы? Профессор Вольский работал в институте до самого конца. Нет, не до его, до конца института. Института же теперь нет, только помещения, которые сдают в аренду. Кривяк? Так он как раз и сдаёт. Ага, научился. Света вышла замуж, живёт обычной жизнью. Вика? О, Вика работает в крупном биологическом центре, она автор десятков публикаций и вообще… Нет, этот биоцентр не у нас, он в Лондоне. Омар сначала занялся бизнесом, потом прогорел. Работал бригадиром. Ну, как Рэм с Троцким — дань собирал. Зарезали его. Кира? Кира Леонидовна — давно бизнес-леди, у неё собственный медицинский центр, вернее, даже сеть. Не знаю, не интересовался. Реутов?.. Господи, доктор, вы не знаете, кто такой Реутов? Вы что, телевизор не смотрите?!

А я смотрю… И знаете что, доктор, я всё больше и больше ловлю себя на том, что меня всё раздражает.