Премьер-министр вздрогнул:

— Откуда вы знаете?

Великий сыщик улыбнулся своей загадочной улыбкой.

— Что же, — сказал премьер-министр, — не стану скрывать. Все это очень близко меня касается. Найдите принца Вюртембергского, верните его целым и невредимым в Париж, и я прибавлю к объявленной награде еще пятьсот фунтов. Но только смотрите, — многозначительно добавил он, выходя из кабинета, — примите меры, чтобы ему не испортили окраску и не купировали хвост.

«Что такое? Не купировали принцу хвост?» Великий сыщик почувствовал легкое головокружение. Значит, банда негодяев решила… Нет, нет, что за дикая мысль!

Снова раздался стук в дверь.

Появился еще один посетитель, закутанный с головой в длинный пурпурный плащ. Он полз на животе, извиваясь как червяк.

Наконец он поднялся и выпростал голову.

Великий боже!

Это был сам архиепископ Кентерберийский!

— Ваше высокопреосвященство, — воскликнул пораженный сыщик, — ради бога, не вставайте, умоляю вас! Садитесь, ложитесь, делайте что угодно, только не вставайте.

Архиепископ снял митру и усталым движением повесил ее на вешалку для бакенбард.

— Вы пришли по делу о принце Вюртембергском?

Архиепископ вздрогнул и сверху вниз осенил себя крестным знамением: неужели перед ним ясновидец?

— Да, — ответил он, — от успеха розысков зависит очень многое. Но я пришел только затем, чтобы сообщить вам, что вас желает видеть моя сестра. Сейчас она будет здесь. Она вела себя крайне неблагоразумно, и теперь все ее состояние целиком зависит от принца. Если вам не удастся вернуть его в Париж, она разорена.

Архиепископ надел митру, осенил себя крестным знамением снизу вверх, завернулся в плащ и, мурлыча как кот, на четвереньках удалился из кабинета.

В глазах великого сыщика отразилось волнение — он был глубоко тронут. На лице заиграли морщины.

— Итак, — пробормотал он, — в деле замешана сестра архиепископа, графиня Уопли.