— Давай, Калеб, я сразу перейду к делу. Со времён трагической кончины Джереми ты руководишь кафедрой Комплексного Обучения. И тебе ничем не помогают.

Калеб совсем было решил согласиться с ним, но тот начинает говорить вновь.

— Не называя имён, Калеб, я думаю, по-честному, тебе там не помешают один или два учителя. Я прав?

Калеб пожимает плечами. Неопределённо. Он бы сказал, все три.

— Немногие учителя способны работать с глубоко отстающими. Наш персонал не всегда может поладить и с так называемыми успевающими. Но у тебя там подобрались совсем уж полные отморозки. Правильно?

Калеб озадачен. Не может понять, что хочет услышать от него Уильямс. Если он признает, что у него есть проблемы, выйдет, словно он не справляется со своей работой.

— Ну… Есть пара трудных ребят.

Уильямс хохочет. Есть мысль, что с этой информацией он ничего не поделает.

— Плохие новости для тебя. С понедельника будет ещё один. Гэри Гринвуд. Его выгнали из Общеобразовательной Гринхилл за то, что он вывесил учителя из окна. Ещё у него напряги с полицией. С обрезом ограбил почтамт. Сейчас вышел под залог, но поскольку закон утверждает, что он обязан учиться в школе, он пришёл к нам, точнее, к тебе, парень. Молодцом, Калеб! Ты сорвал джек-пот!

Уильямс притворяется, что ему смешно. Чтобы проверить, засмеётся ли Калеб. Тот не смеётся. Наоборот, чует нехорошее. Высшее управление сроду не посылало специалистов по оружию в К.О. Воры были, поджигатели, проститутки и насильники, но закоренелых преступников не было. Что-то тут нечисто. Мистер Любезный В.М. вдруг снова становится серьёзным.

— Послушай, Калеб. Сколько лет ты уже у нас работаешь?

Калеб говорит, что два. Закончит в пятьдесят. Выйдет на пенсию, возьмёт выходное пособие, и съебнёт отсюда, только его и видели. Его способ отметить Миллениум.

— Может, я могу сделать тебе одолжение и увеличить размер общей суммы.