Представив себя с памперсом в одной руке и с погремушкой в другой, она задумчиво сморщила нос – картинка показалась абсолютно нелепой. Не-а, вряд ли она займет первое место по рождению мальчиков, Оля с Полиной ее наверняка обскачут. Да и, честно говоря, больше хочется девочку… дочку… ага. И не сию минуту, а попозже.

– А ты бы кого хотел: мальчика или девочку? – брякнула Катя, не успев вовремя прикусить язык. Тут же смутившись, она споткнулась, выровняла шаг и пошла быстрее.

– Не знаю, мне все равно. Я пока повышать рождаемость в стране не планировал, – с насмешкой ответил Сергей.

– Я тоже пока не планирую повышать рождаемость, – на всякий случай поддержала Катя.

В Ботаническом саду пахло весной – по-особенному приятно, точно именно здесь традиционно журчал первый ручей, пробивался первый подснежник, гордо распрямлялся первый листок. И влюбленные парочки, то сидящие на скамейках, то гуляющие по дорожкам, щедро добавляли к царившей атмосфере дополнительные порции тепла, романтики и света. Катюшка смотрела на них, счастливых, и завидовала. Живут же люди! «Хотя, может, они мне тоже завидуют», – она хитро прищурилась и со значением посмотрела на Сергея. Но взгляд не задержался на красивом лице спутника, а устремился чуть левее и дальше.

Около двух широких глиняных ваз, выкрашенных белой краской, рядом с желто-оранжевой клумбой непонятных цветов Катя увидела своего отца и на миг потеряла способность здраво соображать. Почему? Откуда? Как это возможно? Он следит за ней? Он сейчас устроит скандал? Испортит ее свидание?.. Мысли запрыгали, как перепуганные кузнечики, и только через полминуты Катюшка увидела намного больше.

Петр Петрович Шурыгин был не один. Рядом стояла высокая черноволосая молодая женщина. Она улыбалась ему, а он улыбался ей. И они-то как раз никого не замечали, и они-то явно были счастливы, и между ними, бесспорно, были и весна, и первый ручей, и первый подснежник, и даже первый листок! Как же он смотрел на нее, а как она касалась его руки!