– Иван Васильевич, может, оставить его у нас для помощи? – предложил Коля.

– Для какой такой помощи?

– Все равно он видел нас, пусть поможет в сортировке документации.

– Я иду в ресторан, не желаю на вас работать! – упрямо твердил я.

– Тогда мы вызовем охрану, которая быстренько определит тебя в тюрьму за вредительство и зловредные экстремистские действия!

Коля и Иван Васильевич стали заталкивать меня в купе.

Я пытался оттолкнуть их, что мне не удалось. Неожиданно я увидел то, что меня не то, что удивило, а поразило: Иван Васильевич держал меня за ворот рубашки и руку не двумя, а … четырьмя руками! На минуту я отвлекся от борьбы с двумя чиновниками, так как читатель мой дорогой понимает: не каждый день можно встретить человека с двумя головами или несколькими руками. Воспользовавшись моим замешательством, чиновники затолкали меня в купе, усадив возле окна.

Коля закрыл дверь, бросив мне стопку документов для работы. Я сидел, не двигаясь и уставившись на четыре руки Ивана Васильевича.

– Чего уставился? – спросил Иван Васильевич. – Работай, не тяни…

– А почему у вас не две, а четыре руки? – спросил я как можно спокойней, надеясь получить ответ.

– У чиновников работы много, поэтому и рук должно быть много, – усмехнулся Иван Васильевич.

– Может, несколько иначе дело обстоит?

– Это как? – не понял Коля.

– Чиновникам двух рук не хватает, чтобы разные подания и взятки собирать, поэтому им нужно побольше рук, четыре или более, – пояснил, усмехаясь, я.

– Он над нами смеется! – произнес недовольно Коля, постукивая пальцем по столику возле окна.

– Да, он над нами смеется! – подтвердил Иван Васильевич, глядя на меня.