— Со слугами небольшая неприятность, — пробормотал Кловис, сидя после ленча в курительной комнате и прерывисто разговаривая с Джейн Мартлет в промежутках между смешиванием инградиентов коктейля, который он непочтительно запатентовал под именем Элла Уилер Уилкокс. Коктейль состоял частью из выдержанного бренди, а частью из кюрасао. Были и другие составные части, но про них никогда не говорилось внятно.

— Слуги — всегда неприятность! — воскликнула Джейн, ныряя в тему с роскошным всплеском охотника, когда он оставляет большую дорогу и чувствует торф под копытами своей лошади. — Я думаю, все они такие! Вы едва поверите, какие хлопоты я перижила в этом году. Но я не вижу, на что вам жаловаться — вашей матери так чудесно везет со слугами. Стурридж, например — он у вас много лет, и я убеждена, что он — образец дворецкого.

— Именно в этом и заключается трудность, — сказал Кловис. — Когда слуги у вас годами, они становятся по-настоящему серьезной неприятностью. Слуги типа «сегодня здесь, а завтра ухожу» не в счет — вы их просто меняете. Именно долгожители и образцы — настоящая тревога.

— Ну, если они вполне удовлетворительно…

— Хлопоты они все равно приносят. Вы упомянули Стурриджа. Именно о Стурридже я особенно думал, когда делал замечание о том, что слуги приносят неприятности.

— Великолепный Стурридж — и неприятность! Я в это не верю.

— Знаю, что он великолепен, и мы просто не сможем без него обойтись. Он — один из самых надежных элементов в нашем весьма анархическом хозяйстве. Но его большая аккуратность имеет свои обратные стороны. Вы когда-нибудь задумывались, что это такое неустанно выполнять правильные дела правильным образом в одном и том же окружении большую часть своей жизни? Все знать, все упорядочивать, всем точно руководить: какое серебро, хрусталь и скатерти надо ставить и накрывать по каким случаям, до мелочей продумывать и неуклонно управлять пошребом, кладовой и посудным шкафом, быть бесшумным, неосязаемым, вездесущим и — насколько касается собственного дела — всезнающим?