Потому начал орать в ответ. Поскольку Саныч был слесарем шестого разряда, а у меня только второй, то повторить виртуозные конструкции мата, которым крыл Саныч, я не смогу при всем желании. Даже виртуоз художественного мата Юра Парфенов потом признался, что пару оборотов услышал впервые... А в двух словах – Саныч абсолютно справедливо орал, что для работы с драгметаллами нужна отдельная каморка, запираемая на ключ. И что поскольку такой каморки нет, что мимо верстака постоянно ходят люди с других отделов, то спереть платину могут в любой момент. И сидеть за кражу госимущества он никак не намерен, пусть забирают это г...о к х..м. и уе...ют на х...

Естественно, собрался весь участок, мужики коллегу поддержали. Примчался начальник цеха в сопровождении своего зама и главного технолога. Устроили консилиум, после чего было решено - платину спилить, а опилки Саныч должен собирать и сдать вместе с изделием. Чтобы недостачи драгметалла не было.

Два последующих дня весь цех тихо угорал – Саныча на дачных работах угораздило схватить нехилый насморк. И каждый раз собираясь чихнуть, Саныч отбегал от верстака...

НАКАРКАЛ!

Градоначальница блаженно дремала в кабинете, предвкушая заслуженный отдых в теплых краях. До конца года оставалось чуть больше недели, все шло по плану и ничто не могло помешать...

Плавный ход мыслей градоначальницы прервал телефонный звонок. Досадливо поморщившись ("ведь приказывала ни с кем не соединять!") она подняла трубку:

– Ну?

– Здравствуйте, Валентина Ивановна, – раздался в трубке незнакомый мужской голос.

– Здравствуйте. Вы кто? ("Что за идиоты, соединили черт знает с кем без доклада!").

– Это вас из небесной канцелярии беспокоят.

– Что значит – из небесной? Вы из аппарата Президента?