— Гу-гу! — пронеслось по классу. — Вот так штаны!

— Смотри, смотри! — толкали мальчики друг друга.

— Да, я вижу, — отвечал сосед. — Должно быть, из маминой юбки…

— Это дедушкины!.. Только их малость подрезали.

— Да, это, я тебе скажу, на рост и в ширину.

— Вот, господа ученики пятого класса, — начал, поглаживая рыжую, аккуратно округленную бородку, классный наставник, — вашего полку прибыло. Прошу любить и жаловать. Василий Котельников. С сегодняшнего дня принят в нашу гимназию. Вас, Геннадий Андреевич, — обратился он к восседавшему на кафедре учителю географии, — я попрошу слегка проверить его знания, так как Котельников держал экзамены только по главным предметам. А сидеть, Котельников, вы будете здесь.

Он показал на пустующее место на второй парте третьего ряда, рядом с первым учеником Ашаниным.

— Только потрудитесь поскорее переодеться. У вас есть дома подходящий костюм?

— Ни, нема, — краснея, ответил Котельников и еще ниже опустил голову.

— Тогда придется посидеть пока дома. В таком наряде в гимназию ходить нельзя. Как только обзаведетесь формой, приходите. Занятия начинаются ровно в девять. Молитва без четверти девять. Поняли? Кроме того, я прошу вас не изъясняться в гимназии на малороссийском наречии. Не забудьте!

— Понял… — ответил Котельников.

Он прошел по узкому проходу между скамей и неловко сел на низкую парту.

— Котельников, — вспомнил вдруг Геннадий Андреевич, — пожалуйте сюда, к кафедре.

Но Котельников продолжал сидеть, недоумевающе осматриваясь по сторонам.

— Разве вы не слышите, Котельников? Я прошу вас пожаловать сюда. — Геннадий Андреевич указал пальцем на затертый больше других квадрат паркета перед кафедрой. — Вот сюда.