Подошел, заглянул в гадюшник.

А каким не надо быть?

Не надо быть идиотом! Это вам любой старпом скажет. И главное, ничему не удивляться и всегда угол падения поддерживать равным углу отражения. Отскакивать должно, как от бронированного.

«Виноват!»

Есть еще такое хорошее слово: «Виноват!» Произносить его надо быстро, лихо, браво, с блеском, со звоном шпор. Все это врожденное, конечно, и прочим нелегко дается, и с годами оно только оттачивается, но главное – без передышки:

– Что это?

– Виноват!

– А это?!

– Виноват!

– А спички?

– Устраним!

– А окурки?

– Подберем!

– А мусор?

– Виноват!

Одного моего кореша в институт перевели. А там капразы ручные как голуби, с руки едят. Вызывает его начальник и говорит:

– Почему вы до сих пор не в отпуске?

А тот с порога:

– Виноват!!!

И у начальника сразу разрывается причинно-следственная связь, и он замирает.

И еще о вахте и о воспитании чувств

Чувство вахты в себе нужно воспитывать.

Воспитание чувства вахты на конкретных примерах.

Вахта – это особый вид дежурства, доведенный до искусства быть незамеченным. В идеале ты должен уметь таять в воздухе.

Вот стоял я, будучи уже каптри, дежурным по камбузу. (Там, правда, максимум каплея нужно было поставить, но никого не нашли и поставили меня. Мы тогда на ПКЗ питались.) Уж смена близится, а сменщика все нет. И стою я на верхней палубе и жду, и тут начпо наш появляется. Пришел камбуз проверять. А я уже без белого халата, все с себя снял и к смене приготовился. Начпо меня спрашивает:

– Дежурного не видели?

– Нет, – говорю я ему, – не видел, но он где-то здесь шляется.

– Черт знает что, – говорит начпо, – где же он?

– Да здесь где-нибудь ходит, наверное, – говорю ему я, – хотите вместе поищем?

Прошлись мы с ним вместе, поискали по всем помещениям, он впереди, я сзади, – ни одной живой заразы. Я старую вахту отпустил, а новая еще не подошла.