Мы уже приставали к берегу, как он вдруг сказал:

– Мистер Вустер!

– Что?

– Я все думаю о том, как могла отвязаться моя лодка.

– Не стоит об этом думать, мистер Фильмер.

– Я убежден, что мою лодку угнал Томас, сын хозяйки.

– Не может быть.

– Он зол на меня. И такую штуку мог проделать или мальчишка, или круглый дурак.

Мистер Фильмер пошел к дому, а я обернулся к Дживсу.

– Вы слышали, Дживс?

– Да, сэр.

– Что же теперь делать?

– Может быть, мистер Фильмер одумается и найдет, что его подозрения несправедливы.

– Но они справедливы!

– Да, сэр.

– Тогда что же делать?

– Не могу знать, сэр.

Я печально побрел к дому и доложил тете Агате о спасении министра. Потом я поднялся наверх принять горячую ванну и переодеться с головы до ног. Пока я нежился в ванне, раздался стук в дверь. Это был Пэрвис – камердинер тети Агаты.

– Миссис Грегсон поручила передать вам, сэр, что она желает вас видеть.

– Но она меня уже видела.

– Я полагаю, что она хотела бы вас видеть вторично, сэр.

– Хорошо.

Я вылез из ванны, обтерся и направился в свою спальню. Дживс разбирал мое белье.

– Дживс, – сказал я, – не дать ли мистеру Фильмеру хинина?

– Я дал, сэр.

– Чудесно. Хотя он мне и не нравится, но мне его все же жаль. А теперь, Дживс, надо что-нибудь выдумать. Мистер Фильмер подозревает Томаса, и он прав. Но если он скажет об этом тете Агате, то она прогонит мистера Литтля, миссис Литтль узнает всю правду о своем супруге, и случится черт знает что! Женщины никогда не прощают таких вещей!

– Совершенно верно, сэр.

– Так как же быть?

– Я уже все обдумал, сэр.

– Обдумали?

– Да, и замечание мистера Фильмера подало мне хорошую мысль, сэр.

– Дживс, вы молодчина.

– Благодарю вас, сэр.