– Ну, это вам виднее… Раз есть отдельная страна, так может быть шпионаж для нее. Признавайтесь!..

– Но я там никогда не был, вы же нас никуда не пускаете! – сопротивлялся нападкам офицерам НКВД Ангел.

– Ах, не пускаем? Вот и клевета еще на страну, которой вы всем обязаны.

Ангел понимал всю нелепость положения, фантасмагоричность обвинения, но всё же стало страшно: а вдруг его посадят?

– Да послушайте, товарищи …

– Мы вам господин Ангел, буржуазный агент и наймит, не товарищи. Признавайтесь, а то припишем еще убийство товарища Кирова, Троцкого, попытку организации троцкистского заговора в Курске, Колыме и в Аравийской пустыне …

– Чепуха! – сказал Ангел.

– Еще можем обвинить вас в поджоге рейхстага и пособничестве немецким фашистам.

– Да на каком основании?

– Маленькие усики у вас и стрижка а ля Адольф Гитлер. Лучше всего соглашайтесь на одну Антарктиду. Это всего семь лет лагерей.

– А вы откуда знаете, что семь лет?!

Ангелу показали составленные протоколы его допроса, показания свидетелей, его чистосердечное признание, протокол судебного заседания.

– Вам только осталось расписаться здесь, – офицер показал Ангелу, где нужно расписаться.

– Подождите, вы что?! А свидетелей откуда взяли? Они тоже со мной …в Антарктиду ездили?

– Это честные, проверенные люди, которые есть везде, они – совесть и уши нашей нации. На Антарктиду они не ездили, но они слышали ваши пьяные речи.

– Когда я это пил и что-то говорил не то? – не понял Ангел.

– На 7 ноября вы пили в гостях и ругали наш строй и наш светлый праздник, говоря, что это просто бандитский был переворот, а не октябрьская революция! Признавайтесь!

Это слово «признавайтесь «почти било Ангелу в голову, а два офицера зло смотрели на него, махая своими кулаками и показывая, где он должен подписаться на своем признании и раскаянии.

– Приз – на – ва – й –те –сь!!..