— Ну, прошу дальше. Учти — чем лучше прочтёшь, тем быстрее тебя отпущу.

Но тут возле террасы появился папа. Он весь — от подмышек до колен — был обвешан свёртками.

— Держите, держите скорее, уроню! — закричал он. Они стали распаковывать свёртки с конфетами, мясом, какими-то консервами. Один большой куль отец отложил:

— Это потом…

— Ну, пап!

— Нет, нет. — И достал из портфеля коробку. — Это конструктор, — сказал отец.

В коробке были металлические колесики, палочки, винтики.

— Ты всё же парень, должен разуметь в технике.

— Почему должен? — спросил Мальчик.

— Потому что здесь надо работать головой. А ты только глазами работаешь. На зайцев глядишь. А тут — посмотри-ка, сынок, можно сложить дом, трактор…

— Знаешь, отец, — сказала мама, — конструктор — это хорошо, но мы ещё не кончили заниматься.

Мальчику очень, даже очень хотелось поскорее кончить заниматься. Ему нужно было пойти к зайцам. Он боялся: а вдруг их нет? Вдруг убежали?

— Мам, я на минутку… только до поляны — и обратно.

— Нет, Игорёк. Сначала дело, потом игра.

Мальчик сидел на жёстком-прежёстком стуле, тёр глаза, в которые точно песок насыпали, и читал.

— «По городу бегут…» — читал он.

— Ну, дальше, дальше.

— «…машины. Трамваи, автобусы весело…»

— Что — весело?

— Вот и я, мам, не понимаю, что весело.

— Ты снова не там остановился.

— Почему не там?

— Потому что нет точки. Понял?

— Понял. Нет точки.

— Ну, читай до точки.

— Так её же нет!

— Есть она. Вот где.

— У-у, как далеко! А ты говорила — две фразы…

— Ты ещё и одной не прочитал.

— Ну да, уже вон сколько…

— Не торгуйся! Читай…

— «…домов смеются прохожие…» Как это «домов смеются»?

И вдруг Мальчику самому делается смешно. Он хохочет и не может остановиться.