А по телефону Доминик разговаривал с нашими системщиками — плакался на какой—то глюк —, а потом прервал жалобы пленного турка словами «Ой извините, тут русский с ножом».

Впрочем, шарахаться от меня в коридоре Доминик уже перестал.

Сцена вторая. Восемь вечера. За столиком в атриуме обедает ночная смена. Разговор за столом вполне пристойный и профессиональный. Речь идет об идиомах. В процессе разговора всплывает «близок локоть, да не укусишь». После буквального перевода редактор Белинда Грин (недавно вышедшая замуж и ставшая Белиндой Грин—Паркс) поднимает брови домиком и говорит — «Как не укусишь?». Откидывается на стуле, как—то поворачивает плечевой сустав, выгибает шею — и кусает себя за локоть. Мы восхищенно аплодируем. Мимо идет Доминик с коробкой кассет. Останавливается, смотрит на Белинду, верит своим глазам, тяжко вздыхает и уходит. Бедняга работает у нас уже три недели.

Сцена третья. Уже без Доминика. Звонит мне как—то милая дама Лилиан и просит зайти к ней. Вообще—то Лилиан переводчик с шведского, но в Швеции что—то бастует кинопромышленность и поэтому бедная скандинавская леди ваяет субтитры для глухих. В этот раз она клепала какую—то подборку мультиков на 12.30. Один из мультфильмов попался русский. То есть в документации значилось, что никакого текста в фильме нет, а есть одно мультяшное мычание, но показалось Лилиан, что слишком уж оно членораздельное. И решила она позвать меня проверить. Сажусь, слушаю, и понимаю, что наши просмотровики эту часть русского языка, конечно, опознать не могли. Ни как членораздельную речь, ни как что—нибудь еще. «Машка, — кричит старуха, — корова, твою…, вымя твое…, ё…, куда ж ты …» В общем, как говорит Михал Маньевич, «Мы ж на барже…»

Перевожу я все это Лилиан и смотрю как ее естественный мягкий нежно—розовый скандинавский цвет лица постепенно блекнет до столь же мягкого нежно—зеленого. Салатового, можно сказать. И не потому, что Лилиан текстов этих не слышала. Отнюдь. Дама у нас из «поколения цветов», так что я полагаю, что в лексике этой она ориентируется много свободнее меня. Просто ей пришло в голову, что бы было, не окажись она такой въедливой и добросовестной шведкой. Пошел бы себе этот мультик подборкой в 12.30, в самое что ни на есть детское время. И все. И плакал наш бюджет на следующие два года.